В киевский Художественный Совет, основанный летом 2008 года, вошли ряд молодых художников, архитекторов, переводчиков, политических активистов, теоретиков литературы, кураторов, дизайнеров, публицистов – всего девятнадцать человек*. Худсовет функционирует как кураторская группа, и, в то же время, как дискуссионное и само- (взаимо-) образовательное сообщество. Проекты Худсовета основываются на коммуникации, которая осознается участниками и как самостоятельная ценность, как источник удовольствия и как возможность выйти за границы отчужденных областей специального знания.

Работа Худсовета строится на всеобщей проговоренности и внятной аргументации. Принятые во вне-авторитарном пространстве решения многократно омыты и сформированы потоками речи. Это очевидно снижает мобильность Худсовета: осуществляемая в нерегулярных встречах и обмене письмами, его деятельность может наращивать лишь очень ограниченную скорость.

Но такое замедление и удерживает нас от попадания в конкурентную среду сегодняшней культурной индустрии, где быстрота художественного производства и показа возгоняется до полного опустошения и обессмысливания высказывания.

Первым публичным проектом Худсовета стала выставка «Взгляды» в Центре современного искусства при НаУКМА. Кроме отобранных Худсоветом работ художников она включала фрагменты рабочей переписки членов коллектива. То есть сам организационный процесс, аргументы и мотивации сделанного выбора были вынесены в пространство общего доступа. Выставка и сопутствовавшие ей дискуссии, круглые столы, экскурсии и городские интервенции (участие в борьбе с застройкой на месте публичного сквера) были посвящены возвращению категории «взглядов художника», до того практически выведенной из обихода в киевской художественной среде. «Взгляды» спровоцировали множество публикаций, иногда резко полемических, и стали местом встречи художественного и активистского сообществ, формирования новой аудитории.

Вторая часть этого текста – попытка ситуативного самоописания Художественного Совета, ответы его членов на вопросы о мотивациях своего участия. Надо учитывать, что эти мотивации постоянно пересматриваются нами в процессе совместного проведения времени, общения и работы, притяжения и отталкивания, фрагментации и объединения. Но нельзя сказать, что этот слепок нынешнего состояния сообщества напрочь лишен свойств программы – это программа в становлении. Окостенение для нее губительно. Она сможет сохранять актуальность лишь столько времени, сколько будет оставаться в развитии.

Н.К.

 

* * *

Я вижу своё участие в Худсовете, среди прочего, как один из редких шансов сделаться зрителем. В условиях тотальной атомизации человека, культуры и политики, а именно она особенно остро ощущается в Киеве, быть зрителем сложно до невозможного. Потому что акции суждения или взгляда падают, погружаясь в безостановочный дрейф, и вместе с их падением исчезает желание и необходимость что-либо видеть – в лучшем случае восприятие замыкается в стенах герметичной личности, которая остаётся для себя самой живым и ранимым архивом атакуемых ценностей.

Разные сферы деятельности и знания участников Худсовета, их диалог, – создают предпосылки для кардинальной смены оптики, альтернативу мультимонологичности. Художественное произведение отчасти формируется и существует в пространстве разговора о нем, теперь его можно увидеть в преломлениях нашего взаимодействия, оно становится стержнем для целого ряда явлений, сгруппированных вокруг него, становится множеством центров, возникающих в поле центробежной и центростремительной тяги дискуссии.

Евгения Белорусец, редактор интернет-журнала ПРОSTORY

 

Участие в Худсовете для меня означает наличие некого культурного фронта. Это возможность актуализировать в публичном пространстве темы, которые обычно невозможно проговорить в прессе, науке или повседневной жизни. «Худсовет» — это объединение людей с близкими взглядами. Союз личностей, имеющих общие этические позиции. И потому готовых вскрывать язвы нашего общества, впускать в свое творчество улицы, и тем самым пробовать переосмыслить действительность. Для меня Худсовет является возможностью заявить, о том, что существует пространство миллионов, где ежедневно идет борьба. Это момент, когда новое поколение украинских художников проговаривает то, о чем молчат картины их предшественников

Андрей Мовчан, политический активист, журналист, участник движения «Новые Левые»

 

Для меня коллективная работа — всегда усилие. Приходится иметь дело с общей целью, общими взглядами, которые не всегда ясно определены в начале, и требуют массу терпения для выяснения.Именно это выяснение и привлекает в Худсовете. Как правило, это общее не является чем-то действительно общим, то есть одним для всех, как, например, точка зрения, а скорее структурированным множеством, где структура, ограничение множества и есть общее. Мне бы хотелось научиться делать правильный выбор, то есть, будучи частью множества, находить такое место индивидульному, при котором общее будет наиболее эффективным.

Владислав Голдаковский, архитектор

 

Худсовет возник естественным образом в среде людей, которые не устроились удобно в существующей культурной ситуации, но которые на нее тем или иным образом имеют влияние. Худсовет способен стать основой для принципиального нового измерения в современном искусстве Украины, и не только визуального, благодаря разнообразному составу группы. Для меня участие является попыткой осуществить свою мечту, реализовав то, что даже себе самой казалось невозможным.

Татьяна Филевская, координатор художественных проектов, куратор

Для меня Худсовет — эксперимент. Большую роль в нем играет фактор доверия. У каждого есть свой собственный уровень ответственности, а также персональные амбиции, но вместе с тем есть стремление открыть новое способом коллективного обсуждения. Худсовет я воспринимаю как добровольно взращиваемый художественный организм. Взгляд каждого в Худсовете важен, в дискуссии этот взгляд проверяется на жизнеспособность.

Владимир Кузнецов, художник.

 

Худсовет дает мне возможность коммуникации в художественной среде. Не просто участия в тусовке, но более высокого качества общения. Это как поход с рюкзаками, где один за всех и все за одного, и очень легко моделируются ситуации, в которых люди показывают себя. Своего рода ролевая игра.

Дмитрий Ермолов, художник, дизайнер

 

Работая над первым проектом, принимая даже пассивное участие в нем (перечитывая переписку других), я, так или иначе, формирую и укрепляю свои взгляды и позиции по отношению к тем или иным высказываниям. Иногда Худсовет для меня выступает в качестве объективной критики. Увы, в Украине и в Киеве в частности, очень мало внятных критиков и иногда некоторые члены художественного сообщества выступают в этой роли, что является важным элементом в формировании профессиональных качеств и выстраивания кураторских навыков.

Алина Зазимко, координатор художественных проектов, куратор

 

Я покину группу, как только начнут поступать указания сверху, а также, если у других членов появятся маниакальные идеи на счет собственной важности и соответствующий блеск в глазах. И, конечно же, если подобное начнет происходить со мной, друзья и товарищи помогут остановиться.
Иван Мельничук, архитектор

 

Художник способен в своей практике давать выражение идеологическим конфликтам и противоречиям, а также формулировать для общества возможности их решения. Обмен знаниями из разных дисциплин позволяет поднять планку гласности в обществе и является поиском новых путей развития социума

Василий Лозинский, переводчик, литературовед

 

Теоретики и практики собранные в одном котле – едкая смесь, стирающая границы. Из саркастического критика превращаешься в сочувствующего сотрудника. Худсовет- пространство, от которого много ждешь, в том числе и от себя.

Галина Ерко, выпускающий редактор журнала «АСС» («Архитектура, критика, культура»)

 

Мне интересно, на что способна сложная, кажущаяся неповоротливой, конструкция,
сплетенная из множества взаимоотношений, желаний, стремлений и амбиций. Какие опасности подстерегают такой организм и какие существуют пути их преодоления?

Сейчас я вижу в Худсовете открытость и потенциальность, но также настороженность и боязнь. Меня пугают мелкие конфликты и подозрения. Боюсь, чтобы эмоциональная насыщенность не помешала реально смотреть на вещи окружающие и происходящие. Меня пугает романтизм, но также и столкновение с конкретной реальностью. На словах, в представлении (воображении) и на расстоянии все кажется совсем иначе и намного легче. Временами думаю, что ничего конкретного и достаточно стабильного и мощного создать коллективным усилием невозможно, настолько тяжела работа, сколько было сделано попыток и принято решений и насколько не явен и неоднозначен результат. И только вспышки очень близкого, даже физического ощущения того, что результаты не где-то там впереди, а каждый день и прямо сейчас, удерживают от многих разочарований. В конечном итоге оказывается, что сложнее всего не произвести какую-нибудь «продукцию» вместе, а уберечь отношения уже созданные.

Удержать в каждой минуте очень тесного общения уважение и любовь друг к другу, чтобы они не превратились в материал для достижения каких-либо «высших» целей.

Лада Наконечная, художник

 

 

* Участники Художественного совета: Евгения Белорусец (редактор интернет-журнала ПРОSTORYwww.prostory.net.ua), Александр Бурлака, Владислав Голдаковский, Иван Мельничук (архитекторы, члены «Группы предметов», Василий Лозинский (литературовед, переводчик), Андрей Мовчан (журналист, политический активист, участник движения «Новые левые»), Галина Ерко (выпускающий редактор журнала «АСС» («Архитектура, критика, культура»), Юрий Кручак Юлия Костерева (художники, члены группы OPEN PLACE), Дмитрий Ермолов (художник, дизайнер), Алина Зазимко(координатор художественных проектов, куратор), Татьяна Филевская (координатор художественных проектов, куратор), Антон Смирнов (дизайнер), Ксения Гнилицкая, Леся Хоменко, Владимир Кузнецов, Жанна Кадырова, Лада Наконечная, Никита Кадан (художники, члены группы Р.Э.П.)