Alexei: Then politics is a kind of ecstatic frenzy. In kitchen quarrels, people will provoke one another to the point of being beside themselves. This is actually we mean when we talk about “kitchen politicians”.

Artem: Sure. Politics is ec-stasis, literally. It can start in the kitchen, leading from the frying pan to the class struggle. This is what happens when the infinite intervenes, making the parties forget themselves and see what they are fighting for.

Oxana: But in politics, people are always divided into two camps. Look at our Left: they are often beside themselves over the pathetic little details of doctrine!

Алексей: Тогда политика – это лишь род исступления. И в кухонной ссоре выводят друг друга из себя. Поэтому и говорят о «кухонных политиках».

Артем: Да, политика — это эк-стаз. На кухнях она и начинается: от сковородки к классовой борьбе. Когда обнаруживают бесконечное, что объединяет спорящих и заставляет забыть о себе.

Оксана: Но в политике разводят по разные стороны баррикад. Посмотрите на левых. Их могут вывести из себя жалкие доктринерские мелочи!

Артем: Люди враждуют именно потому, что чувствуют близость друг к другу. Борются за общее, которое никому в отдельности не принадлежит. Политика – единство мира, реализующее себя в форме антагонизма.

Оксана: Рядом с дружбой-враждой стоят куда более серьезные силы. Вот они-то уж точно – вне нас. Нужно развернуть к нам их онтологию. Тогда и будет коммунизм!

Алексей: Важно, кто выводится из себя, и против кого. Иногда просто выводят из себя — в пустоту. Следует действовать вопреки ожиданиям жрецов от политики.

Артем: Возможно, политика и пришла на смену религии. Но ее телевизионным жрецам мы верим столь же мало, сколь реформаторы верили церкви. Политика поднимается против государств, из их недр, людьми вне себя.

Алексей: Люди поднимаются не только против государств и империй. Как класс они выходят из себя против класса, узурпировавшего общее. Но многие люди могут выйти из себя и просто в качестве многих. Никакое государство не сможет увести это множество обратно. Такую политику мы еще увидим, и …

Артем: Постойте-ка. Гриб!

Артем останавливается и начинает разгребать кучу листьев. Под ней обнаруживается большой аппетитный гриб.